ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ


ДЕЛО
ГОРОХОВ и РУСЯЕВ против РОССИИ

ЖАЛОБА
№ 38305/02

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

СТРАСБУРГ

17 марта 2005


ВСТУПИЛО В ЗАКОННУЮ СИЛУ

12 октября 2005



     В деле Горохов и Русяев против России,
     Европейский Суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе:
     C.L. ROZAKIS, Председатель
     N. VAJIC,
     S. BOTOUCHAROVA,
     A. KOVLER,
     E. STEINER,
     K. HAJIYEV,
     D. SPIELMANN, Судьи
     и S. NIELSEN, Секретарь Секции Суда

     Обсудив за закрытыми дверями 24 февраля 2005,
     Вынес, принятое в тот же день, следующее Постановление:

ПРОЦЕДУРА

     1.  Дело было инициировано по жалобе (№ 38305/02) против Российской Федерации, поданной в суд согласно статьи 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод ("Конвенция") двумя гражданами России, Дмитрием Ивановичем Гороховым и Ростиславом Владимировичем Русяевым, 12 сентября 2002 года.
     2.  Интересы заявителей в Суде представляли К.А. Москаленко и Е.Л. Липцер, адвокаты, практикующие в Москве. Российское государство ("Правительство") в Суде представлял П.А. Лаптев - Уполномоченный Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека.
     3.  Заявители жаловались на нарушение Статьи 6 § 1 и Статьи 1 Протокола № 1, что Государство-ответчик не исполняло вступившие в силу решения суда, вынесенные в их пользу.
     4.   8 января 2004г. Суд решил коммуницировать жалобу Правительству РФ. Согласно нормы Статьи 29 § 3 Конвенции Суд решил рассмотреть жалобу на приемлемость и по существу одновременно.
     5.  Заявители и Правительство представили свои возражения о приемлемости и по существу жалобы (Правило 54А § 1).

     ФАКТЫ

     I.  ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

     6.  Заявители 1952 и 1961г.р. соответственно, и оба проживают в Москве.
     7.  Заявители принимали участие в ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС. Они были признаны инвалидами, что дало им право на специальную пенсию по нетрудоспособности.

     1.  Судебные решения, вынесенные в пользу заявителей

     8.  В 2000г. заявители подали иски к органам социального обеспечения, утверждая, что их суммы в возмещение вреда были не правильно исчислены. Они настаивали на том, что органы социального обеспечения должны были повысить им суммы в возмещение вреда в соответствии с ростом минимального размера оплаты труда в России, но они этого не сделали.
     9.  29 января 2001г. Никулинский районный суд Москвы удовлетворил их иски, присудив 11 568,98 рублей первому заявителю, а второму заявителю 14 862,5 руб. Задолженность, присужденная заявителям районным судом, составила более, чем 58 процентов от сумм, получаемых заявителями от органов социального обеспечения в оспариваемый период. 18 апреля 2001г. это решение было оставлено в силе Московскими городским судом.
     10.  В этом же году, но позднее, заявители подали новый иск, требуя невыплаченную сумму в возмещение вреда положенную им за период, начиная с января 2001г. Они также предъявили пени за задержку выплаты своих сумм возмещение вреда в течение этого периода.
     11.  21 июня 2001г. Никулинский районный суд присудил первому заявителю 10 351 руб. и второму заявителю 13 274 руб. как недополученная сумма их средств возмещение вреда за период с января по июнь 2001г. Суммы, присужденные районным судом в качестве задолженности, составляли примерно 50 процентов от сумм, выплаченные заявителям органами социального обеспечения за этот же период. Обоим заявителям также были присуждены пени, взысканные с органов социального обеспечения. Пени были исчислены на основании сумм, причитающихся заявителям за период с января по июнь 2001г. 28 ноября 2001г. это решение было в основном оставлено в силе Московским городским судом, который только лишь уменьшил сумму пени до 1 000 руб. в отношении каждого заявителя *.

     2.  Исполнительное производство

     12.  В не установленный день между маем и сентябрем 2001г. заявители получили исполнительные листы, что касается первых решений Никулинского районного суда от января 2001г. В декабре 2001г. заявители получили исполнительные листы, что касается решений вынесенных районным судом в июне 2001г. Эти исполнительные листы были высланы судебным приставам. Тем не менее, в течение определенного периода времени решения Никулинского районного суда оставались неисполненными.
     13.  В декабре 2001г. Министерство юстиции Российской Федерации, отвечавшая за судебных приставов, сообщила заявителям, что исполнение вышеуказанных решений суда обусловливалось возможностями бюджетных средств, выделенных на эти цели федеральным законодательством и не могли быть исполнены судебными приставами. Заявителям посоветовали высылать свои исполнительные листы непосредственно в Министерство финансов, Государственный орган, заведующий распределением бюджетных средств.
     14.  Тем не менее, как следует из письма от 5 марта 2002г., Министерство финансов более не отвечало за распределение пенсионных средств. Ввиду чего в 2002г. исполнительные листы были пересланы в Министерство труда и социального развития.
     15.  В апреле 2002г. судебные приставы закрыли исполнительное производство. Заявители обжаловали это завершение, и 1 ноября 2002г. Никулинский районный суд Москвы обязал возобновить исполнительное производство.
     16.  1 ноября 2002г. вышеуказанные решения были исполнены. Власти выплатили 22 919,32 руб. Горохову и 29 136,4 руб. Русяеву. 5 ноября 2002г. деньги были получены заявителями. 20 февраля 2004г. власти предложили заявителем дополнительную компенсацию на определенных условиях **. Тем не менее, заявители отвергли это предложение.

     II.  СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ ВНУТРИГОСУДАРСТВЕННОЕ ПРАВО

     17.  Российский Закон Об исполнительном производстве (№ 119-ФЗ от 21 июля 1997), определяет службу судебных приставов как орган, отвечающий за принудительное исполнение судебных решений (Статья 3 § 1). В соответствии с этим Законом, любое решение судебного исполнителя может быть обжаловано в суд в течение 10 дней с момента когда заинтересованное лицо узнало об этом решении (Статья 90 § 1). Статьи 19 и 90 § 2 этого закона оговаривают, что вред, причиненный судебным приставом, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации.
     18.  Статья 1064 § 1 Гражданского Кодекса Российской Федерации предусматривает, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
     19.  Согласно статьи 1069 Гражданского Кодекса государственные органы власти или должностные лица этих органов несут ответственность перед гражданином за вред, причиненный их противозаконными действиями или бездействиями. Такой вред возмещается за счет казны Российской Федерации или казны субъекта Российской Федерации.

     ЗАКОН

     I.  ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 6 § 1 КОНВЕНЦИИ

     20.  Заявители жаловались, что длительное неисполнение судебных решений, вынесенных в их пользу Никулинским районным судом 29 января и 21 июня 2001, составило нарушение их права доступа к суду и право на уважение их собственности. Они ссылались на Статью 6 § 1 Конвенции и Статью 1 Протокола № 1 к Конвенции, которая, в применимой части, гласит следующее:

     Статья 6 § 1
          "Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях … имеет право на справедливое … разбирательство … судом..."

     Статья 1 Протокола № 1
     "Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества, иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.
     Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов."


     21.  В своих возражениях Суду Правительство-ответчик указало, что решения суда, вынесенные в пользу заявителей надлежащим образом исполнены, и что им была предложена дополнительная компенсация, исчисленная на основе прецедентного права Европейского Суда в аналогичных делах. На этом основании Правительство утверждало, что жалоба была несовместима с нормами Конвенции, поскольку заявители более не являются жертвами предполагаемого нарушения.
     22.  В ответ на возражения Правительства заявители согласились, что суммы долга их возмещения вреда, присужденные судами, были им выплачены. Заявители далее признали, что Правительство предлагало им компенсацию, которую, тем не менее, они не приняли.
     23.  В своих дополнительных возражениях заявители также утверждали, что органы социального обеспечения не исполняли решение Никулинского районного суда Москвы, заключающееся в том, что органы социального обеспечения не увеличивали суммы в возмещение вреда в соответствии с ростом минимального размера оплаты труда в России.

     A.  Приемлемость

     1.  Неисполнение судебных решений, вынесенных в пользу заявителей

     24.  В своей первоначальной жалобе заявители жаловались на невыплату сумм долга, присужденных им в январе и июне 2001г. Никулинским районным судом. Суд отмечает, что эти решения дали заявителям право только на предыдущие недоплаты; никакого решения, что касается индексации их сумм в возмещение вреда на будущее, не рассматривалось в рамках этого судопроизводства. Следовательно, жалоба, что вышеуказанные решения остаются неисполненными, поскольку суммы в возмещение вреда не были повышены органами социального обеспечения, являются явно необоснованными.
     25.  Что касается выплаты задолженности, присужденной Никулинским районным судом, Суд отмечает, что как только заявители подали в сентябре 2002г. жалобу в Страсбург, внутренние органы власти исполнили решения суда в пределах менее чем два месяца. Это прискорбно, что заявители не сообщили Суду об этом факте своевременно. Суд рассматривает, таким образом, жалобу заявителей на неисполнение решение суда как таковое, а заявители не могут более требовать считать себя жертвами по смыслу Статьи 34 Конвенции.

     2.  Длительность исполнительного производства

     26.  Тем не менее, Суд отмечает, что внутренним органам власти потребовалось от одиннадцати до шестнадцати месяцев, чтобы исполнить решения суда, что, несомненно, затрагивало заявителей (смотри § 20 выше). Суд в этом отношении напоминает, что "право на суд", вытекающее из Статьи 6, включает обязанность Государства исполнять вступившие в силу решения суда (смотри Hornsby v. Greece, постановление от 19 марта 1997, Сборник Постановлений и Решений 1997-II, § 40). Нарушение этого права может трансформироваться в абсолютный запрет на исполнение. Тем не менее, это может также приобрести форму задержки исполнения судебного решения (смотри Burdov v. Russia, № 59498/00, ECHR 2002-III). Рассматривая жалобы заявителей таким образом, Суд соглашается, что заявители могут все еще считаться жертвами по смыслу Статьи 34 Конвенции, и, таким образом, Суд должен рассмотреть, составляет ли запоздалое исполнение решений суда, вынесенных в пользу заявителей, нарушение их "права на суд" вытекающего из Статьи 6 Конвенции.
     27.  В отношении этого аспекта дела Суд напоминает, что согласно Статьи 35 § 1 Конвенции, Суд может иметь дело только с жалобами, поданными после исчерпания всех внутренних средств правовой защиты и в течение шести месяцев после окончательного внутреннего решения. В данном деле, Правительство не предложило, что было какое либо эффективное средство правовой защиты, подходящее для заявителей по российскому закону, чтобы оспорить длительность исполнения решений суда. Суд, следовательно, для целей данного дела, считает, что шесть месяцев начинаются от даты исполнения решения суда (смотри, например, Demirel v. Turkey (реш.), № 30493/96, 9 марта 1999).
     28.  Что касается соответствия шести месячному правилу, Суд отмечает, что тема данной жалобы является длительность исполнительного производства, что касается решений суда от 29 января и от 21 июня 2001г., оставленными в силе 18 апреля и 28 ноября 2001г. соответственно. Заявители подали свои жалобы в Европейский Суд 12 сентября 2002г., когда исполнительное производство в отношении этих решений все еще продолжалось. Соответственно, жалобы были поданы в соответствии с шести месячными правилами, установленными в Статье 35 § 1.
     29.  Суд далее отмечает, что первое решение суда в пользу заявителей было исполнено задержкой в один год, шесть месяцев, и восемнадцать дней, а второе решение суда было исполнено в пределах одного года после того, как оно стало вступило в силу. Эти задержки не кажутся незначительными. Следовательно, эта жалоба не может считаться явно необоснованной по смыслу Статьи 35 § 3 Конвенции. Суд считает, что жалоба о длительности исполнительного производства поднимает сложные вопросы фактов и права, определение которых будет зависеть при рассмотрении их по существу. Никакой другой причины для объявления ее неприемлемой не установлено.

     B.  По существу

     1.  Общие принципы

     30.  Суд соглашается с тем, что не каждая задержка в исполнении решения суда составляет нарушение Статьи 6 § 1 Конвенции (смотри, среди последних решений, Grishchenko v. Russia, (реш.), 8 июля 2004, № 75907/01). Однако, задержка не может быть такой, что нарушала бы саму суть права, гарантируемого Статьей 6 § 1 Конвенции (смотри Immobiliare Saffi v. Italy [GC], № 22774/93, § 74, ECHR 1999-V). Задача Суда будет установить, были ли задержки в исполнении решений суда, вынесенных в пользу заявителей, оправданы в конкретных обстоятельствах данного дела.
     31.  Суд напоминает, что исполнение решения суда является неотъемлемой частью "судебного разбирательства" по смыслу Статьи 6 Конвенции (смотри, Hornsby v. Greece и Burdov v. Russia упомянутые выше). Следовательно, если поднят вопрос о длительности, что касается судебного разбирательства или исполнительного производства, применяемые принципы полностью аналогичны. Предел допуска, что касается задержки долга по решению суда, будет зависеть от других показателей, таких как например, сложность исполнительного производства, поведение заявителя и компетентных органов, суммы и сути присужденного судом (смотри, по аналогии, Frydlender v. France [GC], № 30979/96, § 43, ECHR 2000-VII, смотри также Grishchenko, упомянутое выше).

     2.  Применение этих принципов в данном деле

     32.  Обращаясь к данному делу, Суд отмечает, что заявителям были присуждены суммы денег. Следовательно, решения суда не были особенно трудны для исполнения.
     33.  Что касается поведения сторон, Суд отмечает, что органы государственной власти были вполне осведомлены об исковых требованиях заявителей, и как только решения суда, вынесенные в пользу заявителей, были оставлены в силе по кассационной жалобе, это стало обязанностью Государства, чтобы исполнить их. Действительно, что исполнительное производство было инициировано заявителями с некоторой задержкой (смотри § 12). Тем не менее, как усматривается из материалов дела, единственная явная причина неисполнения решений суда, было противодействие властей, чтобы сделать необходимые бюджетные ассигнования (смотри § 13). Следовательно, были бы судебные приставы вовлечены в исполнительное производство или нет, это бы не изменило ситуацию. Более того, лицо, которое получило исполняемое решение суда в отношении Государства в результате успешного судопроизводства, не обязано возбуждать процедуру принудительного исполнения для того, чтобы его исполнить его (смотри Metaxas v. Greece, № 8415/02, § 19, 27 мая 2004). Правительство не представляет никаких доказательств, что заявители как-нибудь содействовали общей длительности исполнительного производства. Суд, следовательно, считает, что весь период между кассационными судебными решениями, оставивших в силе решения суда, вынесенные в пользу заявителей (18 апреля и 28 ноября 2001г. соответственно) и датой получения заявителями сумм, причитающихся им по этим решениям (5 ноября 2002г.), должен считаться как задержка в исполнении решения суда по вине органов государственной власти.
     34.  Что касается того, что было поставлено на карту для заявителей в данном деле, Суд отмечает, что сумма, присужденная Никулинским районным судом каждому заявителю, составляла значительную часть их денежной суммы в возмещение вреда, на которую они имели право как пострадавшие от чернобыльской катастрофы (смотри § 9 и § 11). Из материалов дела усматривается, что эти денежные суммы в возмещение вреда были основным источником дохода заявителей. В виду вышеизложенного Суда считает, что внутренние органы власти должны были отнестись к делам заявителей с особым усердием.
     35.  Обсудив вышеуказанные выводы, Суд считает, что длительность исполнительного производства, что касается первого решения суда от января 2001 (один год, шесть месяцев и восемнадцать дней), была явно чрезмерной. Что касается длительности второго исполнительного производства (одиннадцати месяцев и семь дней), Суд отмечает, что хотя эта длительность не является неразумной сама по себе, в обстоятельствах данного дела, и особенно имеющая значение этого присужденного для заявителей, задержка была неоправданной. Суд, соответственно, считает, что оба решения суда не были исполнены в "разумный срок".
     Соответственно, было нарушение Статьи 6 § 1 Конвенции.

     II.  ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 1 ПРОТОКОЛА № 1

     36.  Заявители жаловались, что невыплата долга по решению суда в их пользу, нарушила их право собственности согласно Статьи 1 Протокола № 1, которая гласит следующее:

     "Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества, иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.
     Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов."


     37.  Правительство оспаривало этот довод.

     A.  Приемлемость

     38.  Суд отмечает, что эта жалоба связана с нарушением рассмотренным выше, и должна быть, следовательно, объявлена приемлемой.

     B.  По существу

     39.  Суд повторяет, что "исковое требование" может пониматься как "собственность" по смыслу Статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции в случае, если в достаточной мере установлено, что оно может быть исполнено (смотри Burdov v. Russia, процитировано выше, § 40; Stran Greek Refineries and Stratis Andreadis v. Greece, постановление от 9 декабря 1994, Серия А № 301-B, стр. 84, § 59).
     40.  Суд считает, что невозможность для заявителей исполнить эти решения суда, которое упорно не исполнялись сравнительно длительный период времени, составило нарушение их права на уважение их собственности, как установлено в первом предложении первого абзаца Статьи 1 Протокола № 1. Суд далее отмечает, что Правительство не предоставило какого либо вразумительного оправдания этому нарушению, а нехватка средств не может служить тому оправданием (смотри Burdov v. Russia, процитировано выше, § 41).
     41.  Из этого следует, что было нарушение Статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции.

     III.  ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

     42. Статья 41 Конвенции предусматривает:

     "Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне."

     A.  Ущерб

     1. Материальный ущерб

     43.  Что касается материального ущерба первый заявитель требовал 90 939,7 руб., а второй заявитель 110 966 руб. По мнению Правительства эти требования были необоснованными.
     44.  Суд отмечает, что предъявленные суммы составляют предполагаемые недоплаты сумм в возмещение вреда заявителей за период после июня 2001г. Тем не менее, как это уже установлено Судом (смотри § 24 выше), судебные решения, которые были по существу данного дела, не давали им права на будущую индексацию их сумм в возмещение вреда. Решения суда затрагивают только суммы задолженностей, причитающихся заявителям за период до июня 2001г. Так как заявители не предъявляли никаких требований, что касается возможных денежных убытков, вызванных длительным неисполнением решений суда, вынесенных в их пользу *, Суд считает, что нет оснований, чтобы присуждать ими какую-либо сумму по этому основанию.

     2.  Моральный вред

     45.  Заявители также требуют компенсацию за моральный вред "в размере установленном по делу Burdov v. Russia". В своих комментариях Правительство считает требование о моральном вреде как чрезмерное и неразумное. Кроме того, Правительство указывает, что если Суд тем не менее решит присудить моральный вред, то чисто символическая сумма будет достаточной.
     46.  Суд соглашается, что заявители понесли страдания из-за неисполнения органами государственной власти решений суда, вынесенных в их пользу в разумный срок. Суд напоминает, что в деле Burdov процитированном выше, на которое ссылались заявители, Суд присудил 3 000 за моральный вред, понесенный в результате неисполнения решения суда, вынесенного в пользу заявителя. В деле Burdov, как и в данном деле, решение суда, о котором идет речь, имело отношение к денежной сумме в возмещение вреда пострадавшему от чернобыльской катастрофы, выплачиваемой как компенсация за вред здоровью, ведущей к нетрудоспособности, основной источник дохода заявителя.
     47.  Суд отмечает, тем не менее, что задержка в исполнении решений суда в данном деле была короче, чем в деле Burdov. Принимая во внимание эти аспекты данного дела, а также другие важные факторы, как например, суммы присужденные внутренним судом, Суд присуждает на справедливой основе каждому заявителю 900 евро, что касается морального вреда, плюс любой налог, который может быть начислен на эти суммы.

     B.  Процентная ставка за просрочку платежа

     48.  Суд считает, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка и плюс три процента.

НА ЭТИХ ОСНОВАНИЯХ СУД ЕДИНОГЛАСНО

     1.  Объявляет жалобу приемлемой относительно задержки в выплате сумм, присужденных Никулинским районным судом от 29 января 2001г., оставленное без изменения 18 апреля и 28 ноября 2001г. соответственно, оставшуюся часть жалобы - неприемлемой;

     2.  Постановил, что имело место нарушение Статьи 6 § 1 Конвенции;

     3.  Постановил, что имело место нарушение Статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции;

     4.  Постановил,
     (a)  что государство-ответчик обязано выплатить каждому заявителю в течение трех месяцев со дня вступления постановления в законную силу в соответствии со Статьей 44 § 2 Конвенции по 900 евро (девятьсот евро) в качестве морального вреда, конвертированные в российские рубли на день выплаты; а также любой налог, который может быть начислен на вышеуказанную сумму;
     (b)  что по истечении вышеупомянутых трех месяцев, на присужденные суммы подлежит начислению простой процент в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка и плюс три процента;

     5.  Отклоняет остальные требования заявителей о справедливой компенсации.

     Совершено на английском языке и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 17 марта 2005 года в соответствии с §§ 2 и 3 Правила 77 Регламента Суда.

Soren NIELSEN

Christos ROZAKIS

Секретарь Секции Суда

Председатель