ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ


ДЕЛО
АНДРОСОВ против РОССИИ

Жалоба № 63973/00


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

СТРАСБУРГ

6 октября 2005


ВСТУПИЛО В ЗАКОННУЮ СИЛУ

15 февраля 2006


     В деле Андросов против России,
     Европейский Суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе:
     C.L. ROZAKIS, Председатель
     P. LORENZEN,
     N. VAJIC,
     S. BOTOUCHAROVA,
     A. KOVLER,
     E. STEINER,
     K. HAJIYEV, Судьи
     и S. QUESADA, Заместитель Секретаря Секции Суда

     Заседая за закрытыми дверями 15 сентября 2005г.,
     Вынес, принятое в тот же день, следующее Постановление:

     ПРОЦЕДУРА

     1.  Дело было инициировано жалобой (№ 63973/00), поданной в Европейский Суд против Российской Федерации гражданином России Николаем Федоровичем Андросовым ("заявитель") 1 августа 2000г. в соответствии со Статьей 34 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод ("Конвенция").
     2.  Российское государство ("Правительство") в Суде представлял П. Лаптев - Уполномоченный Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека.
     3.  Заявитель жаловался, что неисполнение решения суда, вынесенного в его пользу в его споре с Государством и последующая его отмена в порядке судебного надзора были несовместимы со Статьей 6 Конвенции и Статьей 1 Протокола № 1. Заявитель также жаловался на чрезмерную длительность судебного разбирательства по его делу.
     4.  Жалоба была распределена в Первую Секцию Суда (Правило 52 § 1 Регламента Суда). Состав Секции, который рассматривал дело (Статья 27 § 1 Конвенции), был составлен как предусмотрено в Правиле 26 § 1.
     5.  Решением от 16 декабря 2003г. Суд объявил жалобу приемлемой.
     6.  Палата после консультаций со сторонами решила, что слушаний по существу не требуется (Правило 59 § 3 в конце), стороны в письменной форме ответили на возражения друг друга.

     ФАКТЫ

     I.  ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

     7.  Заявитель 1948 г.р., проживающий в деревне Зензели, Лиманского района Астраханской области.
     8.  В 1986 г. заявитель принимал участие в ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС. В результате чего заявитель пострадал от сильного радиоактивного облучения. В 1996 и 1997 г.г. заявитель прошел медицинское освидетельствование, согласно которого была установлена связь между потерей здоровья заявителя и его участием в Чернобыльских событиях. Заявителю была установлена ежемесячная компенсация за вред здоровью.

     1.  Начало судебного разбирательства

     9.  В 1999 г. заявитель обратился в суд с иском к Отделу социальной защиты населения Лиманского района Астраханской области ("ответчик") об увеличении размера компенсации в возмещение вреда и взыскании задолженности, образовавшейся вследствие неправильного исчисления размера компенсации в возмещение вреда. Заявитель полагал, что сумма компенсации определялась неправильно.
     10.  3 ноября 1999 г. Лиманский районный суд Астраханской области постановил удовлетворить иск заявителя, что заявитель имел право на ежемесячную компенсацию в размере 5 045,73 руб. Суд постановил, что долг в результате недоплаты за прошлое время составил 108 892,07 руб. Суд также присудил заявителю 60 000 руб. в качестве пени.
     11.  Определением от 14 декабря 1999 г. Астраханский областной суд, рассмотрев кассационную жалобу, оставил в силе решение суда в части касающейся размера ежемесячной выплаты и суммы долга за прошлое время, но отменил пени. Решение вступило в законную силу и было возбуждено исполнительное производство. Обе стороны подали надзорные жалобы на решения судов.

     2.  Исполнительное производство и попытки сторон пересмотреть дело в порядке судебного надзора

     12.  17 марта 2000 г. Астраханский областной суд приостановил исполнительное производство по просьбе ответчика на период рассмотрения дела в порядке судебного надзора.
     13.  13 апреля 2000 г. Верховный Суд Российской Федерации отклонил надзорную жалобу ответчика.
     14.  22 мая 2000 г. Лиманский районный суд Астраханской области возобновил исполнительное производство.
     15.  Письмом от 15 августа 2000 г. Председатель Астраханского областного суда отклонил надзорную жалобу заявителя.
     16.  15 сентября 2000 г. Лиманский районный суд Астраханской области удовлетворил заявление Астраханского областного центра по начислению и выплате пенсий и пособий и приостановил исполнительное производство. Исполнительное производство было приостановлено до 1 декабря 2000 г. для того, чтобы дать возможность властям "решить, как финансировать судебные решения, включая перерасчет размера компенсаций пострадавшим от Чернобыльской катастрофы".
     17.  17 октября 2000 г. Верховный Суд Российской Федерации отклонил надзорную жалобу заявителя о приостановлении исполнения решения суда.

     3.  Пересмотр в порядке судебного надзора

     18.  В неустановленное время по надзорной жалобе, поданной Астраханским областным центром по начислению и выплате пенсий и пособий, Председатель Астраханского областного суда вынес протест на решение районного суда от 3 ноября 1999 г. и определение облсуда от 14 декабря 1999 г.
     19.  27 декабря 2000 г. Президиум Астраханского областного суда, рассмотрел протест и отменил как решение Лиманского районного суда Астраханской области от 3 ноября 1999 г., так и определение Астраханского областного суда от 14 декабря 1999 г. Президиум постановил, что нижестоящие суды неверно определили размер ежемесячной компенсации. В частности, суды основывали все расчеты на заработке заявителя за октябрь 1986 г. Президиум постановил, что расчет должен быть произведен из среднего заработка заявителя за 12 месяцев, предшествующих дате установления инвалидности. Дело было возращено в тот же районный суд на новое рассмотрение.
     20.  27 февраля 2001 г. Верховный Суд Российской Федерации отклонил надзорную жалобу заявителя на постановление президиума от 27 декабря 2000 г.

     4.  Судебное разбирательство после судебного надзора и новое рассмотрение дела заявителя

     21.  Решением от 23 апреля 2001 г. Лиманский районный суд Астраханской области, действуя как суд первой инстанции, присудил заявителю ежемесячную выплату в размере 3 336,99 руб. и установил размер долга за прошлое время в сумме 114 466,01 руб. В пени было отказано.
     22.  24 июля 2001 г. Астраханский областной суд, действуя в качестве суда кассационной инстанции, отменил решение Лиманского районного суда Астраханской области от 23 апреля 2001 г. Суд указал, что районный суд применил неверный способ расчета, и что суммы должны быть пересчитаны. Дело было возвращено в тот же районный суд на новое рассмотрение.
     23.  23 сентября 2002 г. заявитель подал жалобу в Астраханский областной суд относительно длительности судебного разбирательства. Он жаловался, в частности, что с 24 июня 2001 г. не было принято никакого решение по его делу.
     24.  В ответе от 27 сентября 2002 г. заявителю было сообщено, что по его заявлению от 22 ноября 2001г. производство по делу было приостановлено до вынесения решения Конституционным Судом, аналогичного его делу. Ему было сообщено, что производство по делу было возобновлено после постановления Конституционного Суда от 19 июня 2002 г., и что заседание было назначено на 7 октября 2002 г. Ему также было сообщено, что заседания невозможно было провести до 2 сентября 2002 г. по заявлению заявителя ввиду отсутствия у него адвокатов.
     25.  4 ноября 2002 г. Лиманский районный суд Астраханской области решил, что размер задолженности, подлежащий выплате заявителю органами социальной защиты составил 45 640,94 руб. Заявителю также были присуждены судебные издержки в размере 1 300 руб. и моральный вред в размере 5 000 руб.
     26.  Заявитель подал жалобу на это решение. Он оспаривал размер основной суммы, размер морального вреда и отказ в пени.
     27.  Определением от 14 января 2003 г. Астраханский областной суд по кассационной жалобе отменил решение суда первой инстанции, и вернул дело на новое рассмотрение в тот же суд.
     28.  3 марта 2003 г. Лиманский районный суд Астраханской области присудил заявителю 235 210,32 руб. - сумма основного долга, будущие ежемесячные платежи в размере по 4 727,96 руб. и судебные издержки в сумме 500 руб.
     29.  Обе стороны обжаловали это решение.
     30.  29 апреля 2003 г. Астраханский областной суд оставил в силе решение суда первой инстанции.
     31.  5 августа 2003 г. присужденные суммы были переведены на банковский счет заявителя.

     II.  ПРИМЕНИМОЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО

     1.  Исполнение решения суда

     32.  Статья 9 Федерального закона "Об исполнительном производстве" от 1 июля 1997 г. предусматривает, что в постановлении судебного пристава о возбуждении исполнительного производства должен быть установлен срок для добровольного исполнения ответчиком содержащихся в исполнительном листе требований. Такой срок не может превышать 5 дней. Судебный пристав также обязан уведомить ответчика, что, в случае неисполнения содержащихся в исполнительном листе требований в указанный срок, последует принудительное исполнение.
     33.  В соответствии со Статьей 13 указанного Федерального закона исполнительное производство должно быть завершено в двухмесячный срок с момента получения судебным приставом исполнительного листа.

     2.  Пересмотр в порядке судебного надзора

     34.  Согласно Гражданско-процессуального кодекса от 1964г., действовавшего в то время, решение суда вступает в законную силу следующим образом:

     Статья 208 Вступление решения суда в законную силу
     "Решение суда вступает в законную силу по истечении срока на кассационное обжалование, если оно не было обжаловано или опротестовано. В случае принесения кассационной жалобы или кассационного протеста решение, если оно не отменено, вступает в законную силу по рассмотрении дела вышестоящим судом ..."


     35.  Единственный дальнейший способ отмены вступившего в силу решения суда, была процедура пересмотра в порядке судебного надзора:

     Статья 319 Решения, определения и постановления, которые могут быть пересмотрены в порядке надзора
     "Вступившие в законную силу решения, определения и постановления всех судов РСФСР могут быть пересмотрены в порядке судебного надзора по протестам должностных лиц, перечисленных в статье 320 настоящего кодекса."


     36.  Полномочия должностных лиц, имеющих право принесения протеста зависела от их ранга и территориальной юрисдикции:

     Статья 320 Лица, имеющие право принесения протеста
     "Протесты вправе приносить:
     (1)  Генеральный прокурор - на решения, определения и постановления любого суда;
     (2)  Председатель Верховного Суда - на постановления Президиума, а также на решения и определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда, действующей в качестве суда первой инстанции;
     (3)  Заместители Генерального прокурора - на решения, определения и постановления любого суда, за исключением Постановлений Президиума Верховного суда;
     (4)  Заместители председателя Верховного Суда - на решения и определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда, действующей в качестве суда первой инстанции;
     (5)  Генеральный прокурор, заместители Генерального прокурора, Председатель, заместители председателя Верховного Суда - на решения, определения и постановления любого суда, за исключением постановлений Президиума Верховного Суда;
     (6)  Председатель Верховного Суда автономной республики, краевого, областного суда, городского суда, суда автономной области или суда автономного района, Прокурор автономной республики, области, городской, автономной области или автономного района - на решения и определения районных (городских) народных судов и определений судебных коллегий по гражданским делам, соответственно, Верховного Суда автономной республики, областного суда, городского суда, суда автономной области или суда автономного района, рассматривавших дело в кассационном порядке."


     37.  Право подачи таких протестов являлось дискреционным, то есть исключительно само должностное лицо решало, действительно ли данное дело подлежит надзорному пересмотру.
     38.  Согласно Статье 322 должностные лица, перечисленные в Статье 320, имели право истребовать из соответствующих судов гражданские дела для разрешения вопроса о наличии оснований для принесения протеста в порядке надзора.
     39.  Статья 323 ГПК уполномочивала должностных лиц, имеющих право принесения протеста, приостанавливать исполнение соответствующих решений, определений и постановлений до окончания производства по делу.
     40.  Суд надзорной инстанции имел широкие полномочия относительно вступивших в силу решений суда:

     Статья 329 Полномочия суда, рассматривающего дело в порядке надзора
     "Суд, рассмотрев дело в порядке надзора, своим определением или постановлением вправе:
     (1)  Оставить решение, определение или постановление в силе, а протест - без удовлетворения;
     (2)  Отменить решение, определение или постановление полностью или в части, и направить дело на новее рассмотрение в суд первой или кассационной инстанции;
     (3)  Отменить решение, определение или постановление полностью или в части, и прекратить производство по делу либо оставить заявление без рассмотрения;
     (4)  Оставить в силе одно из ранее вынесенных по делу решений, определений или постановлений;
     (5)  Отменить либо изменить решение суда первой, кассационной или надзорной инстанций и вынести новое решение, не передавая дело на новое рассмотрение, если допущена ошибка в применении и толковании норм материального права."

     41.  Основания к отмене судебных постановлений в надзорном порядке:

     Статья 330 Основания к отмене судебных постановлений в надзорном порядке
     "...
     1.  Неправильное применение или толкование норм материального права;
     2.  Существенные нарушение норм процессуального права, повлекшее вынесение незаконного решения, определений, постановлений суда..."


     41.  Не было установлено никакого срока для принесения протеста в порядке надзора, и, в принципе, такой протест мог быть принесен в любое время после того, как решение суда вступило в законную силу.

     ПРАВО

     I.  ЗАЯВЛЕНИЕ ПРАВИТЕЛЬСТВА ОБ ИСКЛЮЧЕНИИ ЖАЛОБЫ ИЗ СПИСКА ДЕЛ СОГЛАСНО СТАТЬИ 37 КОНВЕНЦИИ

     42.  Правительство, в своих дополнительных возражениях от 17 февраля 2004г., поданных после решения Суда от 16 декабря 2003г. относительно приемлемости жалобы, сообщило Суду об отказе заявителя заключить мировое соглашение на условиях, предложенных Правительством. Ссылаясь на этот отказ, Правительство предложило Суду исключить жалобу из списка дел в соответствии со Статьей 37 Конвенции.
     43.  Заявитель в своем письменном ответе от 24 марта 2004г. просил Суд отклонить ходатайство Правительства. В частности, он не соглашался с расчетами, представленными и примененными Правительством, а также отметил, что в любом случае предложение Правительства не охватывало все его жалобы.
     44.  Суд, во-первых, отмечает, что стороны не смогли договориться об условиях мирного соглашения по данному делу. Суд напоминает, что при определенных обстоятельствах жалоба действительно может быть исключена из списка дел в соответствии со Статьей 37 § 1 (с) Конвенции на основании одностороннего заявления Правительства-ответчика, даже если заявитель настаивает на продолжении рассмотрения своего дела (смотри Tahsin Acar v. Turkey [GC], № 26307/95, § 76, ECHR 2003-...). Суд, тем не менее, отмечает, что эта процедура является исключительной и не является таковой, чтобы предполагать игнорирование возражения заявителя о мировом соглашении.
     45.  Кроме того, Суд отмечает, что различие должно быть выявлено между, с одной стороны, заявлением, поданным в контексте строго конфиденциальной процедуры мирового соглашения (Статья 38 § 2 Конвенции и Правило 62 § 2 Регламента Суда) и, с другой стороны, односторонним заявлением, поданным Государством-ответчиком в открытом и состязательном процессе в Европейском Суде.
     46.  Фактически Суд отмечает, что Правительство не предоставило Суду какого-либо формального доказательства, способного соответствовать последней категории и обоснованного предложения чтобы установить, что соблюдение прав человека, как определено в Конвенции, не требует от Суда продолжать рассмотрение данного дела (смотри, в противовес, Akman v. Turkey (исключено из списка дел), № 37453/97, §§ 23-24, ECHR 2001-VI).
     47.  Ввиду чего Суд отклоняет ходатайство Правительства об исключении жалобы из списка дел в соответствии со Статьей 37 Конвенции и, соответственно, продолжит рассмотрение данного дела по существу.

     II.  ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 6 КОНВЕНЦИИ И СТАТЬИ 1 ПРОТОКОЛА № 1, ЧТО КАСАЕТСЯ НЕИСПОЛНЕНИЯ ВСТУПИВШЕГО В СИЛУ РЕШЕНИЯ СУДА, ВЫНЕСЕННОГО В ПОЛЬЗУ ЗАЯВИТЕЛЯ

     48.  Заявитель жаловался, что неисполнение внутренними органами государственной власти вступившего в силу решения суда, оставленного в силе Астраханским областным судом 14 декабря 1999г., нарушило его право на справедливое судебное разбирательство, гарантированное Статьей 6 § 1 Конвенции, и его право на уважение собственности согласно Статьи 1 Протокола № 1. Эти Статьи, в применимой части, предусматривают следующее:

     Статья 6 § 1
     "Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях … имеет право на справедливое … разбирательство … судом..."

     Статья 1 Протокола № 1
     "Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества, иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.
     Предыдущие положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов."


     A.  Доводы сторон

     49.  Правительство утверждало, что исполнительное производство не могло быть осуществлено при отсутствии вступившего в силу решения суда. Оно не дало никакие комментариев, что касается не исполнения решения суда, которое вступило в силу 14 декабря 1999г.
     50.  Заявитель утверждал, что существовало вступившее в силу и обязательное для исполнения решение суда по его делу в период с 14 декабря 1999г. по 27 декабря 2000г., когда это решение было отменено.

     B.  Мнение Европейского Суда

     1.  Статья 6 § 1 Конвенции

     51.  Суд повторяет, что Статья 6 § 1 Конвенции закрепляет за каждым право обращаться в суд в случае любого спора о его гражданских правах и обязанностях; таким образом она заключает в себе "право на суд", одним из аспектов которого является право на доступ к правосудию, представляющее собой право возбуждать исковое производство в судах по вопросам гражданско-правового характера. Однако, такое право было бы иллюзорным, если бы правовая система государства - участника Европейской Конвенции допускала, чтобы судебное решение, вступившее в законную силу и обязательное к исполнению, оставалось бы недействующим в отношении одной стороны в ущерб ее интересам. Было бы немыслимо, что Статья 6 § 1 Конвенции, детально описывая процессуальные гарантии сторон - справедливое, публичное и проводимое в разумный срок разбирательство - не предусматривала бы защиты процесса исполнения судебных решений; толкование Статьи 6 Конвенции исключительно в рамках обеспечения лишь права на обращение в суд и порядка судебного разбирательства вероятней всего привело бы к ситуациям, несовместимым с принципом верховенства права, который государства - участники Европейской Конвенции обязались соблюдать, подписав Конвенцию. Исполнение судебного решения, принятого любым судом, должно, таким образом, рассматриваться как составляющая "судебного разбирательства" по смыслу Статьи 6 Конвенции (смотри Burdov v. Russia, № 59498/00, § 34, ECHR 2002-III, и Hornsby v. Greece, постановление от 19 марта 1997, Сборник 1997-II, стр. 510, § 40).
     52.  Суд далее отмечает, что задержка исполнения судебного решения при определенных обстоятельствах может быть оправдана. Однако, задержка не может быть такой, что нарушала бы саму суть права, гарантируемого Статьей 6 § 1 Конвенции. Заявитель не должен был быть лишен возможности извлечь выгоду из решения, вынесенного в его пользу, на основании предполагаемых финансовых трудностей Государства (смотри Burdov v. Russia, процитировано выше, § 35).
     53.  Возвращаясь к данному делу, Суд отмечает, что решение суда от 3 ноября 1999г. оставалось неисполненным, между датой его вступления в силу 14 декабря 1999 и постановлением в порядке судебного надзора 27 декабря 2000г., в общей сложности один год и двенадцать дней. Никакого оправдания не было предоставлено Правительством за эту задержку. Принимая во внимание, что было поставлено на карту для заявителя, Суд считает, что не предпринимая такие существенные периоды времени необходимых мер для исполнения вступившего в силу решения суда по данному делу, российские органы государственной власти лишили нормы Статьи 6 § 1 Конвенции всего их полезного эффекта.
     54.  Соответственно, было нарушение Статьи 6 § 1 Конвенции.

     2.  Статья 1 Протокола № 1 к Конвенции

     55.  Суд повторяет, что "исковое требование" может пониматься как "собственность" по смыслу Статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции в случае, если в достаточной мере установлено, что оно может быть исполнено (смотри Burdov v. Russia, процитировано выше, § 40, и Stran Greek Refineries and Stratis Andreadis v. Greece, постановление от 9 декабря 1994, Серии A № 301-B, стр. 84, § 59). Решение суда от 3 ноября 1999г., оставленное в силе 14 декабря 1999г., обеспечило заявителя исполняемым иском, а не просто общим правом получать поддержку от Государства. Решение суда вступило в законную силу и было возбуждено исполнительное производство. Из этого следует, что невозможность для заявителя добиться исполнения решения суда в течение существенного периода времени, составило нарушение его права на уважение его собственности, как изложено в первом предложении первого абзаца Статьи 1 Протокола № 1.
     56.  В отсутствие какого-либо оправдания такому нарушению (смотри пункт 53 выше), Суд считает, что имеется нарушение Статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции.

     III.  ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 6 КОНВЕНЦИИ И СТАТЬИ 1 ПРОТОКОЛА № 1, ЧТО КАСАЕТСЯ ПЕРЕСМОТРА В ПОРЯДКЕ СУДЕБНОГО НАДЗОРА, ОСУЩЕСТВЛЕННОГО ПО ДЕЛУ ЗАЯВИТЕЛЯ

     57.  Заявитель также жаловался, что Президиум Астраханского областного суда, отменив 27 декабря 2000г. вступившее в силу решение суда, вынесенное в его пользу, нарушил его право на справедливое судебное разбирательство, гарантированное Статьей 6 § 1 Конвенции, и его право на уважение его собственности, гарантированное Статьей 1 Протокола № 1 к Конвенции.

     A.  Доводы сторон

     58.  Правительство утверждало, что решение суда было отменено Президиумом Астраханского областного суда во благо заявителя. Оно утверждало, что определение суда от 14 декабря 1999г. было отменено для исправления судебной ошибки, которая "повлияла на размер компенсации, которую нужно присудить заявителю и, как следствие, нарушило его право на справедливое судебное разбирательство". Правительство, кроме того, утверждало, что право заявителя на компенсацию никогда не оспаривалось. Возврат дела на новое рассмотрение был нацелен на обеспечение права заявителя на справедливое судебное разбирательство и его права на уважение его собственности.
     59.  Правительство также ссылалось на то, что спор заявителя об увеличении его пособия был частью общей сложной проблемы, вызванный неясностью Закона РФ "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС". Неоднозначность должна была быть устранена со ссылкой на Конституционный Суд, который разъяснил данный вопрос своим постановлением от 19 июня 2002г. Все аналогичные споры были решены в соответствии с этим постановлением.
     60.  Заявитель оспаривал утверждение Правительства, что отмена решения суда была для его блага. Он утверждал, что основной долг и ежемесячные платежи, причитающиеся ему по определению суда от 14 декабря 1999г., его удовлетворяли, и он подал надзорную жалобу только о взыскании пени. Он напомнил, что его жалоба была отклонена до того, как была удовлетворена противоположная жалоба, поданная органами государственной власти. Он также настаивал на том, что метод исчисления, примененный во втором судебном процессе было неправильным и менее выгодным для него, чем тот, который был применен ранее, до отмены решения суда.

     B.  Мнение Европейского Суда

     1.  Статья 6 Конвенции

     61.  Суд, во-первых, отмечает, что спор, что касается увеличения социальной выплаты заявителя в связи с его инвалидностью и участием в ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, был денежной природы и бесспорно затрагивал гражданские права по смыслу Статьи 6 § 1 Конвенции (смотри Schuler-Zgraggen v. Switzerland, постановление от 24 июня 1993, Серии А № 263, стр.17, § 46; Massa v. Italy, постановление от 24 августа 1993, Серии А № 265-B, стр.20, § 26; Suвmann v. Germany, постановление от 16 сентября 1996, Сборник Постановление и Решений 1996-IV, стр.1170, § 42 и, как недавнее, Trickovic v. Slovenia, № 39914/98, § 40, 12 июня 2001).
     62.  Суд отмечает, что вопрос данного дела является, может ли считаться процедура пересмотра в порядке судебного надзора, позволяющей отменить вступившее в силу решение суда, совместимой со Статьей 6, а точнее говоря, был ли в обстоятельствах данного дела соблюден принцип правовой определенности.
     63.  Суд считает, что это дело подобно вышеупомянутому делу Ryabykh v. Russia, где было сказано, в применимой части к данному делу, следующее:

          "51.  ... Суд повторяет, что право на справедливое судебное разбирательство, как оно гарантируется Статьей 6 § 1 Конвенции должно интерпретироваться в свете преамбулы к Конвенции, которая в соответствующей части провозглашает, что принцип верховенства права является частью общего наследия Высоких Договаривающихся Сторон. Одним из фундаментальных аспектов верховенства права является принцип правовой определенности, который требует, среди прочего, что если суды вынесли окончательное решение по вопросу, то их решения не ставились бы под сомнение...
          54.  Суд отмечает, что пересмотр решения суда … был осуществлен Председателем Белгородского областного суда, который не был стороной в процессе … Как и в ситуации по румынскому праву, проанализированной в Brumarescu, реализация этого полномочия Председателем не подпадала под какие-либо временные ограничения, так что судебные решения подлежали оспариванию безусловно.
          55.  Суд повторяет, что Статья 6 § 1 Конвенции закрепляет за каждым право обращаться в суд в случае любого спора о его гражданских правах и обязанностях; таким образом она заключает в себе "право на суд", одним из аспектов которого является право на доступ к правосудию, представляющее собой право возбуждать исковое производство в судах по вопросам гражданско-правового характера. Однако, такое право было бы иллюзорным, если бы правовая система государства - участника Европейской Конвенции допускала, чтобы судебное решение, вступившее в законную силу и обязательное к исполнению, оставалось бы недействующим в отношении одной стороны в ущерб ее интересам. Было бы немыслимо, что Статья 6 § 1 Конвенции, детально описывая процессуальные гарантии сторон - справедливое, публичное и проводимое в разумный срок разбирательство - не предусматривала бы защиты процесса исполнения судебных решений; толкование Статьи 6 Конвенции исключительно в рамках обеспечения лишь права на обращение в суд и порядка судебного разбирательства вероятней всего привело бы к ситуациям, несовместимым с принципом верховенства права, который государства - участники Европейской Конвенции обязались соблюдать, подписав Конвенцию. Исполнение судебного решения, принятого любым судом, должно, таким образом, рассматриваться как составляющая "судебного разбирательства" по смыслу Статьи 6 Конвенции (см. Hornsby v. Greece от 19.03.1997г., Сборник Постановления и Решений 1997-II, стр.510, § 40).
          56.  Суд полагает, что право стороны в судебном процессе на правосудие будет в равной степени иллюзорным, если правовая система договаривающегося государства позволяет отменить вступившее в силу и обязательное для исполнения решение суда более высоким судом по протесту, сделанному должностным лицом."


     64.  Более того, Суд в этом отношении установил в своем вышеупомянутом постановлении Sovtransavto Holding v. Ukraine, § 77:

          "...юридические системы, характеризуемые процедурой протеста, и, следовательно, риском отмены вступивших в силу решений судов неоднократно, как произошло в данном деле, как таковые несовместимы с принципом правовой определенности, которая является одним из фундаментальных аспектов верховенства права по смыслу Статьи 6 § 1 Конвенции, в свете Brumarescu ..."

     65.  Возвращаясь к данному делу, Суд отмечает, что в 2000г. в неустановленный день Председатель Астраханского областного суда внес протест на судебные постановления от 3 ноября и от 14 декабря 1999г., вынесенные в пользу заявителя, которые стали окончательными и обязательными для исполнения, и в отношении которых было возбуждено исполнительное производство. 27 декабря 2000г. Президиум Астраханского областного суда отменил решение суда от 3 ноября 1999г. и определение от 14 декабря 1999г., как ошибочные, и вернул дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
     66.  Суд не находит каких либо причин отклоняться от своих вышеупомянутых постановлений, и считает, что было нарушение Статьи 6 § 1, что касается отмены вступившего в силу и обязательного для исполнения решения суда, вынесенного по делу заявителя.

     2.  Статья 1 Протокола № 1 к Конвенции

     67.  Суд, во-первых, повторяет, что Конвенция, как таковая, не гарантирует право на пенсию по старости или какую-либо социальную выплату в конкретном размере (смотри, например, Aunola v. Finland (реш.), № 30517/96, 15 марта 2001). Тем не менее, "исковое требование", даже относительно пенсии или социальной выплаты, может составлять "собственность" по смыслу Статьи 1 Протокола № 1, если в достаточной мере установлено, что оно может быть исполнено (смотри Stran Greek Refineries v. Greece, постановление от 9 декабря 1994, Серии A № 301, § 59).
     68.  Решение Лиманского районного суда от 3 ноября 1999г., оставленное в силе Астраханским областным судом 14 декабря 1999г., обеспечило заявителя исполняемым иском, чтобы получать повышенную ежемесячную компенсацию в размере 5 045,73 руб. и задолженность в сумме 108 892,07 руб. Это решение вступило в силу после того, как оно было оставлено в силе кассационной инстанцией.
     69.  Суд считает, что в результате постановления Президиума Астраханского областного суда от 27 декабря 2000г. и последующее судебное разбирательство, уменьшившее изначально присужденные суммы заявителю, составило нарушение право заявителя на уважение его собственности, гарантированное Статьей 1 Протокола № 1 (смотри Brumarescu v. Romania [GC], № 28342/95, § 77, ECHR 1999-VII и Pravednaya v. Russia, № 69529/01, §§ 38-39, 18 ноября 2004).
     70.  До тех пор, пока Суд соглашается, что эта мера была законной и преследовала общественный интерес (такой, как например, упорядочивание Чернобыльских выплат органами социальной защиты населения), ее соответствие с требованием пропорциональности сомнительно.
     71.  В частности, пока это истина, что перерасчет кому-либо социальной выплаты и уменьшение ее размера не является, как таковой, нарушением Статьи 1 Протокола № 1 (Skorkiewicz v Poland (реш.), № 39860/98, 1 июня 1998), однако, перерасчет задним числом с эффектом того, что присужденные судом суммы уже были выплачены (или задержаны), впоследствии уменьшены, налагает индивидуальное и чрезмерное бремя на заявителя и, таким образом, несовместим со Статьей 1 Протокола № 1. В этом отношении, Суд напоминает вышеупомянутое постановление Pravednaya, где, что касается отчасти аналогичного набора фактов, было сказано:

     "40.  ... "Общественные интересы" могут по общему признанию включать эффективную и гармоничную Государственную пенсионную систему, для которой Государство может установить свое законодательство.
     41.  Тем не менее, возможный интерес в однообразном применении Государством Закона о Пенсиях, не должен приводить к перерасчету задним числом, уже сделанного судебным решением. Суд считает, что лишая заявителя права получать выгоду из размера пенсии, обеспеченного вступившим в силу решением суда, Государство нарушило справедливый баланс интересов (смотри, mutatis mutandis Pressos Compania Naviera S.A. and Others v. Belgium, постановление от 20 ноября 1995, Серия А № 332, § 43)."


     72.  Суд не находит каких либо причин отклоняться от своих выводов в вышеупомянутых постановлениях, и считает, что в данном деле также было нарушение Статьи 1 Протокола № 1.

     IV.  ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 6 КОНВЕНЦИИ, ЧТО КАСАЕТСЯ ДЛИТЕЛЬНОСТИ СУДЕБНОГО РАЗБИРАТЕЛЬСТВА

     73.  Заявитель далее жаловался, что общая длительность гражданского судебного разбирательства в его деле превысила разумный срок в нарушение Статьи 6 § 1 Конвенции.

     "Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях … имеет право на разбирательство дела в разумный срок … судом..."

     A.  Доводы сторон

     74.  Правительство утверждало, что общая длительность судебного разбирательства в данном деле не была чрезмерной ввиду сложности дела. В поддержку своего утверждения оно ссылалось на судебное разбирательство в Конституционном Суде, мнение которого должно было решить неоднозначность толкования законодательства, применяемого в данном споре. Оно не признало никаких периодов бездействия, относимые к властям, имеющим отношение к делу заявителя. Оно указывало, что 22 ноября 2002г., по просьбе заявителя, производство по делу было приостановлено до постановления Конституционного Суда, существенного для его спора. После того как 19 июня 2002г. оно было провозглашено, производство по делу было возобновлено. До 2 сентября 2002г. не было запланировано каких-либо заседаний, так как заявитель известил суд об отсутствии у него адвоката. Поэтому заседания были проведены без просроченных интервалов, и дело, наконец, было разрешено по существу 29 апреля 2003г. Правительство также утверждало, что заявитель содействовал длительности судебного разбирательства многократно меняя свой иск и подавая встречные иски, "которые противоречат законодательству".
     75.  Заявитель настаивал на том, что судебное разбирательство не было достаточно скорым. Он оспаривал утверждение, что он многократно изменял свой иск и пояснил, что он только уточнял расчеты, чтобы добавить увеличивающуюся задолженность в течение судебного разбирательства. Он также утверждал, что ссылка Правительства на сложность дела была необоснованной.

     B.  Мнение Европейского Суда

     76.  Рассмотрев выводы, установленные в пунктах 54 и 56 выше, Суд не считает необходимым отдельно рассматривать жалобу об общей длительности судебного разбирательства.

     V.  ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

     77. Статья 41 Конвенции предусматривает:

     "Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне."

     A.  Ущерб

     78.  Заявитель требовал 732  697,03 руб. в качестве основного долга (сумма, представляющая из себя недоплату за период с 1 августа 1996г. и 1 февраля 2004г.), 25  605,37 руб. в качестве суммы недоплаты, что касается ежемесячных платежей, начиная 1 февраля 2004г., 3  736 931,57 руб. в качестве пени, и 2  000  000 руб., что касается морального вреда.
     79.  Правительство считало, что это требование чрезмерное, неразумное и необоснованное.
     80.  Суд не усматривает какую-либо причинную связь между установленными нарушениями и предполагаемым большим материальным ущербом. Тем не менее, что касается нарушения Статьи 1 Протокола № 1, осуществленного судебным надзором в деле заявителя, Суд считает целесообразным присудить заявителю 853 евро, представляющую из себя сумму, которую заявитель должен был получить, которая была уменьшена решением суда от 3 марта 2003г., оставленное в силе определением от 29 апреля 2003г., не была отмечена задним числом, плюс любой налог, который может быть начислен на эту сумму.
     81.  Что касается морального вреда, Суд считает, что заявитель понес некоторый моральный вред, в результате установленных нарушений, который не может быть возмещен простым установлением нарушения Судом. Тем не менее, предъявленная сумма чрезмерная.
     82.  Делая оценку на справедливой основе, как предусмотрено Статьей 41 Конвенции, Суд присуждает заявителю сумму 1  500 евро, что касается морального вреда, плюс любой налог, который может быть начислен на вышеуказанную сумму.

     B.  Судебные расходы и издержки

     83.  Заявитель требовал 1 339,5 руб., что касается почтовых затрат, 541,18 руб., что касается оплаченных услуг факса, 500 руб., что касается юридических издержек и 2 000 руб., что касается услуг перевода.
     84.  Правительство не представило каких-либо комментариев относительно этих требований заявителя.
     85.  Согласно прецедентному праву Суда заявитель имеет право на возмещение своих издержек и затрат, только если он доказал, что они действительно и обязательно были понесены, и были разумными по величине. Рассмотрев информацию, имеющуюся в распоряжении Суда, и вышеуказанные критерии, Суд считает целесообразным присудить заявителю 50 евро, что касается судебных расходов и издержек, плюс любой налог, который может быть начислен на вышеуказанную сумму.

     C.  Процентная ставка за просрочку платежа

     86.  Суд считает, что процентная ставка при просрочке платежей должна быть установлена в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка и плюс три процента.

     НА ЭТИХ ОСНОВАНИЯХ СУД ЕДИНОГЛАСНО

     1.  Отклонил ходатайство Правительства об исключении жалобы из списка дела согласно Статьи 37 Конвенции;

     2.  Постановил, что имело место нарушение Статьи 6 Конвенции и Статьи 1 Протокола № 1, что касается задержки в исполнении вступившего в силу решения суда, вынесенного в пользу заявителя;

     3.  Постановил, что имело место нарушение Статьи 6 Конвенции и Статьи 1 Протокола № 1, что касается пересмотра в порядке судебного надзора вступившего в силу решения суда, вынесенного в пользу заявителя;

     4.  Постановил, что что нет необходимости рассматривать жалобу о чрезмерной длительности судебного разбирательства по Статье 6 Конвенции;

     5.  Постановил
     (a)  что государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления постановления в законную силу в соответствии со Статьей 44 § 2 Конвенции выплатить заявителю, конвертированные в российские рубли, следующие суммы:
          (i)  853 евро (восемьсот пятьдесят три евро) в качестве материального ущерба;
          (ii)  1 500 евро (одна тысяча пятьсот евро) в качестве морального вреда;
          (iii)  50 евро (пятьдесят евро) в качестве судебных расходов и издержек;
          (iv)  а также любой налог, который может быть начислен на вышеуказанные суммы;
     (b)  что по истечении вышеупомянутых трех месяцев, на присужденные суммы подлежит начислению простой процент в размере предельной годовой процентной ставки по займам Европейского центрального банка и плюс три процента;

     6.  Отклоняет остальные требования заявителя о справедливой компенсации.

     Совершено на английском языке и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 6 октября 2005 года в соответствии с §§  2 и 3 Правила 77 Регламента Суда.

Santiago QUESADA

Christos ROZAKIS

Заместитель Секретаря Секции Суда

Председатель Палаты