Российская газета от 22.11.2006г. № 262 (стр.3)

Конституционный суд изучает 20 жалоб на надзорную инстанцию

ПРАВО

     Анна Закатнова

     Категорическое недовольство надзорной инстанцией пришли вчера выразить в конституционный суд тринадцать заявителей (и их представителей) - все они просили признать неконституционными ряд норм 41-й главы ГПК.
     Такого количества обиженных заявителей в стенах Конституционного суда не было очень давно. На пленарном заседании судьи рассматривали не только жалобы 20 граждан (не все из них прибыли лично, зато некоторые пришли с адвокатами), но и заявления акционерных обществ "Нижнекамскнефтехим" и "Хакасэнерго", а также запрос кабинета министров Республики Татарстан.
     Надзор - специфическое российское изобретение в судебно-правовой системе и за свой сугубо национальный аромат неоднократно критиковалось экспертами Страсбургского суда. Проще говоря, речь идет о механизме исправления судебных ошибок вышестоящими судебными инстанциями. Однако процедура пересмотра решений судов, согласно действующим нормам Гражданского процессуального кодекса, вызвала у заявителей категорическое несогласие. Так, они оспаривали допустимость пересмотра решений судов, которые уже вступили в законную силу. Например, Александр Ищенко, получивший инвалидность по итогам военной службы, сумел добиться в суде города Сосновый Бор Ленинградской области признания права на взыскание с органов социальной защиты компенсаций и возмещение вреда здоровью. Но два года спустя (и этот срок не предел, как стало ясно из выступлений заявителей) президиум Ленинградского облсуда отменил вынесенные решения и отказал Ищенко в удовлетворении его требований.
     Вообще бессрочные возможности для пересмотра уже вынесенного судебного решения в надзорной инстанции приобретают невиданный размах, когда дело доходит до Верховного суда. Закон не содержит процессуальных ограничений для председателя Верховного суда и его заместителей вносить в президиум ВС представления о пересмотре вступивших в силу судебных решений (389-я статья). Причем руководству ВС для реализации этого полномочия даже не нужна надзорная жалоба, это право у них есть "в целях обеспечения единства судебной практики и законности". Как с возмущением пишут заявители в жалобе ОАО "Хакасэнерго": "...в неизвестное нам время к заместителю председателя Верховного суда РФ обратился председатель Верховного суда Республики Хакасия с представлением, содержание данного представления нам неизвестно, в наш адрес не поступало". Зато последствия этих контактов оказались сокрушительными для заявителя: в ноябре 2005 года, спустя три года после вступления решения в законную силу, решение было пересмотрено, и ОАО "Хакасэнерго" лишилось владения на праве собственности строениями, расположенными на территории города Саяногорска (то есть зданиями трансформаторных подстанций, воздушными линиями и прочими объектами - всего 18 наименований). Решительно напал на 389-ю статью и Михаил Раскин, представлявший Республику Татарстан, пояснивший, что из-за отсутствия четко прописанного срока давности, можно истребовать дело не просто из любой инстанции, а еще и без учет срока давности - хоть из 1917 года.
     Также критические замечания вызывает и практика судов общей юрисдикции, привыкших единолично принимать решение, например, без проведения судебного заседания, без изучения дел и часто - без участия сторон (то есть вы можете и не знать, что выигранное вами дело кто-то там наверху почему-то пересматривает).
     Насколько плохо обстоят дела в звене надзорного судопроизводства, окончательно стало ясно лишь после выступлений представителей стороны, принявшей и подписавшей акт. Так, представлявший президента Михаил Кротов героически бился по всем пунктам, но, дойдя до 389-й статьи в 41-й главе ГПК, не выдержал и поддержал звучавшие предложения о сокращении права руководства Верховного суда вмешиваться в порядке надзора, введя годичный срок. Хотя он тут же оправился и решительно продолжил: "...неправильное применение этой статьи должностными лицами Верховного суда не свидетельствует о ее неконституционности".
     Неожиданные дипломатичные способности продемонстрировала представитель Совета Федерации Елена Виноградова, сумевшая на протяжении всего выступления тщательно избегать проблемы соответствия 41-й главы ГПК Конституции. Зато она тихо и методично перечислила все недостатки системы надзора, указав на "откровенную неопределенность" формулировок, на то, что право гражданина добиться пересмотра решения в надзоре "до минимума ограничены", а также на "двойственную сущность" этого института.
     Сегодня Конституционный суд продолжит слушания по делу.