К нам едет Починок! Представляю, какой шорох произвело это известие на руководство Полетаевского пансионата для престарелых. Переполошились, наверное, бедняги.
      Как Починок?!
      Какой Починок?
      Извлекли из своего скудного бюджета гроши и скинулись на сытный обед этому ревиз... то есть Починку. Авось не заметит ничего. Тот и не заметил. Ни косых дверей, ни облупленных стен, ни пустых кастрюль, ни залатанной крыши дома престарелых, ни заплаканных глаз самих престарелых...
      Я всегда удивлялся черствости наших чиновников и никак не мог понять их природу. Теперь понял. Нет там никакой природы. Есть прирожденная жадность и есть патологическое равнодушие. Этот Починок - что те тыловые крысы из блокадного Ленинграда. Вокруг люди с голоду умирали, а они блокадные хлеб, сахар и консервы домой таскали.
      Умереть, скоты, боялись...
      Нет, вы посмотрите на него!
      На его стол!
      И это МИНИСТР!
      И это министр по СОЦИАЛЬНЫМ вопросам! И этому чиновнику доверено ведомство, которое как раз обязано следить за тем, чтобы сирые и убогие старики были одеты, обуты и НАКОРМЛЕНЫ. Накормлены не подобием вчерашней пиццы, а жирным борщом. Ладно, он не разделил со стариками их скудную пайку. Ладно, посчитал ниже своего починковского достоинства сесть за один стол с инвалидами. Никто и не просит. Но как он не поперхнулся! Как вообще ему кусок мяса в горло полез! Это ж какое сильное сердце надо иметь, чтобы не обращать внимания на разницу в сервировке своего и стариковского столов. Это же надо не сердце, а камень в груди носить, чтобы, видя эту нищету провинциальную, спокойно уплетать бутерброды с икрой, ананасы, виноград и запивать все это водкой. Попробовал бы он в какой-нибудь иной стране нечто подобное. Да им бы давно вычистили министерскую лестницу. Спустили бы в шею к чертовой бабушке. И никогда больше не допустили не то что до кресла министра, но даже и до стула главы земской управы богоугодными заведениями. У нас - нет. У нас завтра-послезавтра этот Починок выйдет на трибуну какого-нибудь семинара по проблемам смертности и станет рассказывать сказки о том, как у него за наших стариков сердце болит.
      Что ему, винограда в Москве не было?
      Что ему, витаминов не хватало?
      Чтобы ехать в глушь, в Челябинск, и объедать там этих несчастных стариков. Им и без Починка недокладывают. И недоплачивают. А тут еще министр на их бедные головы свалился. Теперь, после его отъезда, руководство пансионата будет снова на мясе для стариков экономить, чтобы покрыть убытки от обжоры Починка...
      Кажется, это было в прошлом году. Президент поехал на юг России проверить, как местные власти устраивают пострадавших от наводнения людей. Президенту тоже, как водится, накрыли стол в одной из палаток. Водку поставили, шашлык подали -словом, все как у Починка. Президент не стал даже притрагиваться к еде.
      А этот обжора - нет! Не стал отказываться. Та-а-ак! Икорка, крабы, мясо, фрукты, зелень. А водочка какая? Ага, «Финляндия» - пойдет. А вода какая? «Нарзан»? А что, «Перье» не было?
      Не бывает там «Перье»!
      Нашел, где харчеваться! У нас в пансионатах не то что «Перье» - пюре не бывает. Простого картофельного пюре. И Починок об этом знает лучше всех. Он же как раз министр по защите самых обездоленных людей страны. И кому, как не ему, знать, что едят и пьют старики в пансионатах и дети в интернатах. Точнее, чего они не едят и не пьют. А он за их счет кишку набил! Умереть с голоду боялся. Ну, доехал бы до Челябинска. Сходил бы там в ресторан. Напился бы там этого «Перье». Тем более что не очень бедный. Далеко не бедный...
      Я не зря «Ревизора» тут вспомнил. Там перед приездом в провинцию столичных гостей в богоугодных заведениях чистые колпаки больным надевали и га-берсуп подавали. Не гостям - больным. Для отвода глаз. Хотя по всем коридорам кислой капустой несло.
      А тут - наоборот. Габерсуп достался Починку...