Дело слушалось еще в апреле. Поводом к рассмотрению послужили сразу несколько запросов: от Верховного суда России, от районного суда г. Краснодара, нескольких общественных организаций и еще 58 граждан. По мнению заявителей, оспариваемые нормы закона снижают уровень социальных гарантий инвалидам-чернобыльцам. А, как известно, в России существует норма, согласно которой законы, ухудшающие или ущемляющие положение граждан, приниматься не могут.
Между тем с самого начала было понятно, что полностью удовлетворенный иск может обойтись государству примерно в 30 млрд рублей ежегодно. И нет смыла писать закон, под который в бюджете все равно не найдется средств.
Претензия заявителей по поводу того, что законодатель изменил критерии и способ возмещения вреда, была далеко не последней. Все дело в том, что, например, инвалиды, обратившиеся за компенсацией уже после вступления в силу новой редакции закона, оказались в неравном положении по сравнению с такими же инвалидами, до этого времени получавшими возмещение в размере своего месячного заработка. Для всех тех, кто получает страховые выплаты по возмещению вреда жизни и здоровью, предусмотрены индексации. Они пропорциональны каждому повышению размера минимальной оплаты труда. А для инвалидов-чернобыльцев индексация проводится один раз в год пропорционально росту величины прожиточного минимума.
Согласно новой редакции закона о социальной защите чернобыльцев, возмещение вреда идет через выплату ежемесячной денежной компенсации, размер которой зависит только от группы инвалидности потерпевшего. В старом варианте закона сумма выплаты рассчитывается из среднего заработка в зависимости от степени утраты трудоспособности.
Законодатель также ограничил максимальный размер тех выплат, которые получают семьи, потерявшие кормильца. Но положение о том, что эта сумма не может превышать 10 тыс. рублей, КС признал незаконным. Право законодателя перейти к иным критериям индексации выплат инвалидам, которые бы зависели от размера потребительской корзины, суд также подтвердил. Однако государство, провозгласив новые принципы, не установило самого механизма определения прожиточного минимума. Получилась неразбериха, которую заинтересованные лица, естественно, могут использовать в своих интересах. Но КС ситуацию сбалансировал: суды общей юрисдикции имеют право устанавливать уровень компенсации в соответствии с местным прожиточным минимумом.
Оценка постановления КС в коридорах суда варьировалась от "ничего не понятно" до "четкое решение". Больше всего волновались присутствующие чернобыльцы. Они было решили, что вслед за законодателями их обидел суд. Однако комментарии присутствующих специалистов, которые, кстати, на слух тоже не сразу все поняли, внесли некоторое равновесие в коридорные дебаты.